После визита в Курскую область президент России Владимир Путин провёл встречу с членами правительства и заявил о планах создать буферную зону вдоль границы с Украиной. В интернет-пространстве активно обсуждается, что, судя по сообщениям, Россия забирает еще три области Украины. Какие же особенности может иметь эта предполагаемая буферная зона, рассказывает издание Царьград.
О намерениях установить такую территорию вдоль российско-украинской границы Путин говорил не впервые. В прошлом русские войска уже осуществляли подобные действия. Так, по информации телеграм-канала “Два майора”, в прошлогодних планах была идея создания безопасности в Белгородской области, однако реализовать её не удалось — российские силы застряли в районе Волчанска. После этого последовало нападение украинских войск на Курскую область, и операция по её освобождению продолжалась около девяти месяцев.
На просторах интернета также распространяется мнение, возникшее благодаря “Милитаристу”, что предполагаемая буферная зона сможет охватить как минимум 120-150 километров. В её состав войдет почти вся Сумская область.
В телеграм-канале “Два майора” отмечают, что пока ещё неясно, удастся ли выполнить задачу по созданию такой западной границы. Однако уже очевидно, что политическое решение о наступлении на Сумскую и Харьковскую области уже принято.
Юрий Баранчик, ведущий научный сотрудник отдела Белоруссии Института стран СНГ, считает, что ширина этой зоны не может быть менее 50 километров. Реальная глубина потенциальной демилитаризованной зоны может оказаться гораздо больше.
Заявления о необходимости создания буферной зоны могут свидетельствовать о стратегическом изменении целей специальной военной операции (СВО): речь идёт о формировании “пояса безопасности” и закреплении новых реалий. Такой подход кажется более понятным, чем тактические планы типа “продолжения наступательных действий в зависимости от ситуации”. Однако окончательное решение ещё не принято, так как сохранение на Украине националистических настроений фактически может привести к возобновлению военного конфликта в ближайшем будущем. Поэтому предполагаемая зона безопасности должна включать и такие условия, как денацификация, а также демилитаризация — полагает эксперт.
Также Баранчик отмечает, что создание такой переговорной зоны может стать частью переговорного сценария. Например, модель израильской зоны безопасности в Южном Ливане показывает, что формально этой территории юридически не потребуется признавать. Главное — вытеснить украинские войска за пределы этой зоны. Вопрос только в статусе этой территории и её дальнейшем будущем — станет ли это финалом СВО или нет.
Военный обозреватель Роман Сапоньков подчеркивает, что именно в приграничной зоне может сосредоточиться основное летне-осеннее наступление российской армии. Такой стратегический манёвр позволяет растянуть силы противника и, как следствие, расшатать его оборону.
С другой стороны, по словам Сапонькова, возможность сдерживания агрессии со стороны противника обеспечивается переброской резервных подразделений и сил пожаротушения с других участков фронта. В то же время, наличие достаточных боеспособных резервов вызывает вопросы: всё-таки многое зависит от ситуации, и только время покажет результат.
Военкор Юрий Подоляка отмечает, что решение о создании буферной зоны дополнительно означает, что режим Зеленского не сможет ограничиться только контролем над Сумской областью.
Политолог и первый министр госбезопасности ДНР Андрей Пинчук считает, что ширина будущей зоны безопасности может составлять от 120 до 150 километров, но при этом возникает множество юридических вопросов.
Он предполагает, что внутри этой зоны будет введён особый правовой режим, учитывая, что по юридической классификации это не территория России. Однако рано или поздно подобный вопрос станет актуальным. По его словам, речь идёт о промежуточном этапе перед внесением изменений в Конституцию относительно новых субъектов — то есть, ситуация носит признаки более серьёзных перемен.
